Предмет спора: организация на протяжении нескольких лет выдавала своим сотрудникам, включая директора и главного бухгалтера, денежные займы. Эти займы в базу по НДФЛ не включались, и налог с них не уплачивался. По результатам проверки налоговая инспекция доначислила организации НДФЛ на сумму выданных займов. Основанием для доначисления послужил вывод проверяющих о том, что под видом займов работникам выплачивалась заработная плата. Вследствие этого организация использовала незаконную схему, уходя таким образом от уплаты налога с доходов работников. Не согласившись с решением инспекции, организация обратилась в суд с иском, в котором потребовала отменить доначисление НДФЛ.
За что спорили: 40 494 261 рубль.
Кто выиграл: налоговая инспекция.
Обосновывая в суде заявленные исковые требования, представитель организации отмечал, что НДФЛ облагаются только доходы работников в виде зарплаты, премий и прочих выплат, осуществляемых в рамках трудовых правоотношений. В свою очередь, займы не являются зарплатой работников и их доходом, с которого необходимо удерживать и перечислять в бюджет НДФЛ.
Все займы выдавались с условием возвратности. То есть, получая деньги, работники принимали на себя обязательство по возврату полученных сумм по истечении определенного промежутка времени. Поэтому займы нельзя считать налогооблагаемым доходом, и оснований для доначисления НДФЛ, по мнению организации, у налоговой инспекции не имелось.
Рассмотрев материалы дела, суд кассационной инстанции отклонил доводы организации и признал доначисление НДФЛ законным и обоснованным.
Суд указал, что объектом налогообложения НДФЛ признается доход, полученный налогоплательщиками, в том числе в рамках трудовых правоотношений (п.1 ст.209 НК РФ). При определении налоговой базы учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной формах, или право на распоряжение которыми у него возникло, а также доходы в виде материальной выгоды (п.1 ст.210 НК РФ).
Суд установил, что организацией за несколько лет было осуществлено списание со счета денежных средств с назначением платежа «Выдачи на заработную плату и выплаты социального характера» в размере 282 100 000 рублей. При этом на саму заработную плату было израсходовано только 0,5% списанных денег, а все прочие суммы были потрачены на выдачу работникам займов по договорам ГПХ.
При этом организация не доказала, что по указанных договорам получала от работников возвраты займов и проценты, начисляемые на их сумму. Это свидетельствует о том, что представленные договоры займа фактически являются притворными и прикрывают иные правоотношения, сложившиеся между сторонами как взаимосвязанными лицами.
Проценты, причитающиеся заимодавцу, в бухгалтерском учете должны признаваться прочими доходами ежемесячно на последнюю дату отчетного периода. Причитающиеся организации доходы в виде процентов по займам отражаются по строке 2320 «Проценты к получению» отчета о финансовых результатах.
В бухгалтерской отчетности организации отсутствовали сведения о выданных займах. Согласно данным счета 73 «Расчеты с персоналом по прочим операциям» проценты по договорам займов не начислялись. Никакой экономической выгоды от выданных займов организация не получала. Доказательства возврата займов (внесение денежных в кассу предприятия и дальнейшее расходование из кассы) в материалы дела не представлено.
В связи с этим суд пришел к выводу о том, что организацией была создана схема уклонения от налогообложения с участием подконтрольных ему лиц, в результате чего налоговый агент неправомерно не удержал и не перечислил в бюджет НДФЛ с выданного вознаграждения под видом займов. Под видом займов организация фактически выплачивала своим работникам зарплату. Таким образом, суд заключил, что спорные денежные средства следует считать доходом работников, с которого необходимо уплачивать НДФЛ. В удовлетворении иска организации было отказано.
В материале использованы фото: Lee Charlie / Shutterstock / Fotodom.
